facebook
Twitter
Youtube
Vk
GoolePlus
Ok
livejournal

История успеха первого исламского банка в Индонезии

0

В далеком  1998 г.  банк Муамалат  напоминал тонущий корабль. Он потерял две трети своего капитала.  Все сотрудники трудились плечом к плечу для того, чтобы переломить ситуацию.

         «Какая у вас процентная ставка по вкладу?» — спросила одна  дама, посетившая наш банк впервые.

         «Извините, мадам, у нас нет процентов, мы работаем  от прибыли», – любезно ответила сотрудник.

         «А что  лучше  –  прибыль или  процент?»  – спросила она с удивлением.

 

         «Конечно прибыль больше, потому что  она связана как с этим, так и с иным миром. Если в этом мире он составит 12 процентов, а в мире ином он бесконечен».

         В то время постоянно можно было услышать такие диалоги.  Большинство клиентов не сразу понимали тот уникальный бонус, который  предлагает банк  Муамалат  –  первый банк в Индонезии с полной линейкой шариатских услуг.  Но они проникались идеей, когда им объясняли, что депозит не будет использоваться для финансирования аморальных проектов.

         Деньги не будут вложены в развитие пивной индустрии, которая сделает их детей и мужей алкоголиками. Они не пойдут ни на финансирование развращающих молодежь мест, ни на  производство табачных изделий (как известно, дым сигареты отравляет даже  еще не родившихся детей) и тому подобные вещи.

         Приведем анекдот, как подобного рода вещи разрушают нашу экономику. Один индонезийский чиновник, уже  после кризиса, оказался на приеме в резиденции  китайского чиновника.

         «У вас небольшие зарплаты. А как же вы  смогли позволить себе такой роскошный дом? –  спросил  индонезиец.

         Китаец подвел его к окну, из которого открывался прекрасный вид и спросил:

         « Видите этот мост?».

         «Да», –  ответил индонезиец.

         «Десять процентов, всего лишь десять процентов, коллега», — задумчиво проговорил  хозяин.

         На следующий год наступила очередь китайского чиновника отобедать у индонезийца. Выражая крайнее изумление его образом жизни, он спросил:

         «Не правда ли, что Ваша страна переживает тяжелый экономический кризис? И у вас совсем низкие зарплаты госслужащих? Но я вижу, что Вы живете роскошно. Ваш дом весьма богат! Откуда у Вас все это?»

         «Ну, так  давайте посмотрим в окно, коллега», –  предложил  индонезиец. Видите ли Вы там высотное здание?». Китаец покачал  головой  в ответ.

          «А  мост, вон там?».

          «Там тоже  ничего нет!», – воскликнул  китаец в крайнем изумлении.

         «Сто процентов, коллега, сто процентов»,  –  гордо  ответил индонезиец.

Ошибка менеджмента или сбой в системе управления?

         Люди часто  списывают неудачи, которые преследуют государство во время кризиса на неграмотное решение управленческих задач. Так ли это на самом деле?

         С точки зрения банка Муамалат это не отдельные ошибки, а сбой всей системы управления. Это значит, что  ошибки совершаются осознанно, поскольку они  приносят пользу небольшой группе людей.

         Многие говорят, что  проблема заключается в дефиците кадров в Индонезии. Иными словами, считается, что талантов в Индонезии меньше, чем в других странах. Так ли это?

         Наверно еще кое-кто помнит попытку разделения  сиамских близнецов из Ирана Лалех и Ладан Биджани. Кодовое название операции было «Операция надежды». Хирургическое вмешательство по поводу  разделения близнецов проводил доктор  Кейт Гох  (больница «Раффлз» в Сингапуре). Ему ассистировало 28 врачей.  Но человек предполагает, а Бог располагает.  Операция, стоившая более миллиарда индонезийских рупий, не спасла  девушек. Они так и не посмотрели друг другу в глаза. А в Джакарте, 16 лет назад, точнее 21 октября 1987 г. доктор Падмо Сатжожо успешно разделил таких же близнецов Пристиан Юлиана и Пристиан Юлиани. Это была невероятная операция.  «Условия проведения операции в Сингапуре и Джакарте отличались как небо и земля. Там были новейшие хирургические инструменты, а у меня не было даже микроскопа, лазерного ножа,  почти ничего, потому что  мне не на что было купить весь этот инструмент», –  вспоминает хирург (Коран Темпо, 13.07. 2003). Он потратил 42 млн. рупий, чтобы сделать эту операцию, достиг невозможного, не взял за это никакой платы.  Профессор Падам не единственный такой энтузиаст. По его пути – пути  пропаганды достижений своей родины на мировой арене пошло  новое поколение таких же «странных» людей. Вспомним хотя бы Ранга Пердана Будаййю,  Хани Нукбиаторно, Бернарда Рикардо,  Юдистира Виргуса, Вмдагдо Сетивана, Вийона Дарсовийоно, Йенди и Мухаммада Абдурахмана Атамими. Все они достигли больших успехов на IV-й  Азиатской Олимпиаде  по физике в Бангкоке.    В этом международном соревновании,  проходившем с 20 по 29 апреля 2003 г. приняло участие  десять стран. Индонезийская команда завоевала шесть золотых медалей и два почетных приза.

         Эти достижения доказывают, что в Индонезии ничуть не меньше талантов, чем  в любой другой стране. Так почему же мы продолжаем терпеть фиаско?  Хирургическая операция  по поводу разделения близнецов может служить отражением всей ситуации.  Во многих частях мира правительства финансово поддерживают  такие благородные акции.  А в Индонезии? «Я не знаю, имеем ли мы вообще государство в этом смысле. У нас все делается как-то  само по себе, поэтому трудно сказать, что вообще должно делаться.  Даже те, кто роют канаву, чтобы проложить электрический провод не умеют нормально организовать  свои действия»,  –  расстроено  констатирует профессор.

         По данным Мирового банка  между 1996-1999 гг.  правительство   использовало  лишь 0,6 процентов внутреннего  валового продукта (ВВП) страны на оздоровительные цели.  Если учесть, что ВВП Индонезии составляет 1.400 трлн. рупий, то  это значит, что этот сектор экономики получает  всего лишь  около  8,4 трлн.  А теперь сравните это с 650 трлн., которые правительство тратит  на «оздоровление» частных олигархических банков.

         Давая ход такой дискриминации, правительство игнорирует нужды собственного населения. Естественно, что появляется  убежденность в том, что правительство «не правит».  Фактически почти 200 миллионов индонезийцев нуждаются в таких вот «операциях  надежды». Они могли бы касаться создания рабочих мест и приостановили скатывание населения в  бездну нищеты. Они бы укрепили покупательную способность граждан и открыли доступ  к медицинской помощи и получению  достойного образования.

         Бесполезно иметь разнообразные таланты и ресурсы, в том числе и  такие интеллектуальные, как профессор Падмо и другие, если правительство состоит из  неправильных людей  и  контролируется бюрократами, которые изначально делают ошибки и  из всего извлекают для себя бонусы путем сговора и без оглядки на закон.

         Поэтому неправильно говорить о том, что кризис спровоцирован низким уровнем знаний в области менеджмента.  Кризис не может начаться из-за некомпетентности  людей.

         Кризис начитается тогда, когда управленческий ресурс страны состоит из людей недостаточно мужественных, чтобы бороться за общее благополучие.

         Кризис начинается тогда, когда кадровый ресурс страны составляют люди, изыскивающие любые лазейки для извлечения  благ лишь для  себя и за счет трудностей, которые они создают другим.

Учреждая чудо

         Честные и мужественные люди, работающие на общее благо – вот почему стало возможным чудо (если, конечно, порядочность можно назвать чудом) – собрались в банке Муамалат. Когда целые банковские кусты были поражены кризисом в августе 1997 г. Муамалат устоял. Политика  «дорогих денег», проводимая Банком Индонезии и составившая 70 процентов ставки на размещение депозитов, поставила банки в действительно трудное положение.

          С одной стороны, Банк Индонезии вернул деньги в  банковскую систему страны и подавил спекулятивно растущую цену на покупку долларов. Однако, с другой стороны, эта политика  легла тяжким бременем на традиционные банки потому, что  им пришлось выплачивать большие проценты по вкладам населения, но при этом они не могли заработать равного процента с долгосрочного кредитования населения. На практике это вылилось в то, что многие проекты были заморожены.  Банки рушились один за другим в результате дисбаланса между  высоким процентом по вкладам и низким процентом кредитных ставок.

         Вирус негативного баланса никак не затронул Муамалат, потому что  в нем был нулевой процент.  Муамалат  избежал потерь от спекуляций.

         Это еще раз доказывает, что все происходящее в финансовом секторе соответствует тому,  что происходит в реальном секторе экономики.

Сравним это с практикой традиционных банков, которые порождают экономику «мыльных пузырей». Здесь имеется зияющая пропасть между  трансакциями в виртуальном финансовом мире и реальной экономикой. Ежедневно в виртуальном обороте участвуют  триллионы долларов, стоимость которых выражена в национальных валютах, в то же самое время, практически выделяемые средства на инвестирование проектов реального национального сектора составляют лишь треть от этой суммы. Муамалат и другие шариатские банки непроницаемы для  таких лжетрансакций.

          Поскольку банк  свободен от вируса отрицательного баланса и других смертельных болезней экономики «мыльных пузырей», он также свободен от влияния Индонезийского агентства реструктуризации банков  (ИАРБ).  Когда были пересмотрены ставки по рефинансированию банков – их пересматривали раз или два –   Муамалат смог устоять без единого цента помощи от государства.

         Правда ли, что такой банк неподвластен кризису? Не совсем.  Когда в государстве начинается экономический спад, от этого страдают все виды производства. И Муамалат тоже.  Правда то, что  Муамалат смог устоять в кризис, но его показатели также упали.

         В 1998 г. Муамалат  понес убытки в 105 млн. рупий. Это был действительно тяжелый удар, если учесть, что весь уставной капитал банка на тот момент составлял 138, 4 млрд. рупий. Однако благодаря усиленной борьбе за проекты по всем линиям потери начали сокращаться и каждый год, начиная с 2000 г.  по 2002  г. банк  мог оперировать суммой 10,85 млрд., затем 50,32 млрд., и затем 32,15 млрд. соответственно.

         Важно отметить, что это, возможно лучшее  учреждение такого типа. Ведь вся команда смогла вернуть капитал, треть которого потеряла в 1998 г. Даже  к концу 2002  г. баланс уже превышал уставной капитал на 174.32 млрд.  Из этой суммы около 66 млрд. пришло от новых владельцев капитала, а оставшиеся 108 млрд. были вкладами, которые относились к вакф джарийа (благотворительные вклады) от самой команды Муамалат.  Если команда состоит из 500 человек, то получается, что каждый из них вложил в свой банк по 216 млн.!       Не чудо ли это?

         В то время как большинство декретных банков банкротились один за другим или держались только благодаря государственному рефинансированию, Муамалат выжил и даже дал прибыль.          Несомненно, что это  плоды командных усилий. Все как один трудились для того, чтобы осмыслить себя как организм, частью которого они являются, и действовали так, чтобы пройти через период трудностей. Призыв спасти  Муамалат как орган исламской пропаганды в экономической сфере подтверждался молитвой тахаджуд всеми в офисе даже в ночь на пятницу.  До сих пор мне иногда слышатся заключительные слова молитвы, произносимые всеми: «О, Господи,  благослови банк Муамалат!».

         Возможно, что с точки зрения профессионализма команда банка была не лучше остальных, а может быть временами даже и ниже уровнем, но упорство в работе, молитва и боевой настрой снискали благословение Всевышнего.

 Материал по  книге:  А.Риаван Амин. Божественное руководство. // Пер. с англ.

(Публикуется на сайте «Ислам и семья» с разрешения автора и переводчика).

Поделиться

Оставьте комментарий